|
ДОРОЖНАЯ
from Эхо Москвы // Блоги
Манана Асламазян покинула Россию. Человек, воспитавший сотни журналистов, уехал.
Манана написала письмо, в котором объясняет, что ей страшно находится в условиях неопределенности, когда за административное нарушение можно получить уголовный срок и сесть.
И никто не защитит.
Журналистское сообщество ясно намекнуло власти с кем власть, в данном случае, имеет дело. Письмо в защиту Асламазян подписали более двух тысяч работников медиасферы со всех регионов России. Эти тысячи моих коллег – это только верхушка того могучего непродажного айсберга, который благодарен Асламазян за верное многолетнее служение профессии, высочайший профессионализм и менеджерский талант. Тысячи журналистов из регионов, обучаясь в «Интерньюзе», поняли что такое их профессия и честное ей служение. Две тысячи подписавших письмо ясно сказали власти – мы не требуем особого отношения к Асламазян. Мы требуем ЗАКОННОГО и СПРАВЕДЛИВОГО отношения к ее ситуации.
Ну, и что? Да ничего. Обычная история. Преквалификация ее дела в уголовное. Выемка корпоративных документов. Блокировка работы школы журналистики.
Не нужно спрашивать «почему». Коню ясно. Под крики о расцвете свобод, демократии, экономики и инвестиций тихие люди шьют громкие дела. Они правы – задачу уничтожать НКО никто не отменял. «Образованные медиа» - организация крупная. И идейно неподконтрольная. Поэтому она должна быть разрушена.
И разрушена.
Один из наших журналистских гуру, позже других подписавший письмо в защиту Асламазян, откровенно пояснил свою позицию. Он сказал, что письмо - это ошибка, потому что оно только разозлит власть. Может он и прав. И теперь можно обвинить две тысячи журналистов, что именно они виновны в отъезде Мананы.
Они власть разозлили.
А что это, тогда, за власть?
А что, жить нужно с поправкой, что ты можешь разозлить власть, если твоему другу и коллеге перекраивают дело с административного на уголовное? А что, если ты понимешь: кто, почему и зачем это делает, то ты должен выдержть паузу? Исполнение высочайших решений должно происходить под тихий писк по углам?
В змечательном старом фильме Ларисы Шепитько «Восхождение» один из конфликтов состоит в том, что решается вопрос сотрудничества с оккупантами. Один человек бескомпромиссен. Другой предпочитает сотрудничать, чтобы спастись. А потом, уверен он, ситуация изменится.
Не изменится. Потому что, если поставлена задача уничтожить, то уничтожат. Обоих. Потому что такая задача.
Абсолютно все равно, что именно довело Асламазян к отъезду из России. Важно, что главное там – неверие российской судебной системе.
Сейчас мы многое о Манане, конечно, услышим. Услышим, что она сбежала. Услышим, что все, в принципе, могло быть и хорошо. Что там и обвинений-то, по сути, кот наплакал. Освободили бы прямо в зале суда. Вон, в Америке, если провинился – сажают, потому что закон есть закон.
Это правильно, про Америку.
Тут не освободили бы. Ее бы посадили, независимо от проступка и реальной вины. И задача здесь совсем в другом. Она должна была сесть. Хоть на год, хоть на месяц, хоть на неделю. Для того, чтобы все знали – учить-то журналистике она учила. Да в тюрьму села! Вместе со своими «Образованными медиа».
- Вот видите, - сказали бы, - вы ее хвалите, а она мошенница обыкновенная. У нее в фирме финансовые нарушения.
И она бы потом всю жизнь отмывалась.
Зачем это ей? И кому она должна что-то доказывать?
Я скажу вам по секрету: про Манану Асламазян все все знают. И тысяча приговоров не изменят отношение журналистского сообщества к этой удивительной женщине. Люди все написали в своем открытом письме.
Это не Асламазян уехала из России. Это власть еще дальше отодвинулась от журналистов.
Но есть прекрасная поговорка: «Относись хорошо к своим детям, потому что именно им потом решать, в каком доме престарелых ты будешь».
Справедливо.
P.S. Настоящая публикация имеет особый характер и не нуждается в комментариях посторонних. Пропускаются комментарии только журналистов или людей, знающих лично Манану Асламазян.
_________________ С раннего утра буду истреблять всех нечистивцев земли, дабы искоренить из града Господня всех, делающих беззаконие
Псалтирь. Псалом 100
|